Основные этапы развития социальной философии, страница 33

универсальной, космической жизни". Индивидуализм не признае мирового, вселенского содержания в человеке и потому принижает его, опустошая индивидуальность, обедняя, умаляя ее. В действительности "человек - органический член мировой, космической иерархии и богатство его содержания прямо пропорционально содержанию космоса" Освобождение человеческой индивидуальности от бога и мира ведет к истреблению человека, падению его в небытие.

История    имеет    источник    во    внутренней    духовной действительности, в том опыте человеческого духа, в котором дух не является чем-то отдаленным и противополагаемым духу божественному а в котором он непосредственно с ним соприкасается, в котором раскрывается драма взаимоотношений между человеком и богом. Пытаясь раскрыть тайну Христа, космический смысл его явления, Бердяев вводит идею противоречивости бога, трагичности его бытия, отвергая традиционную трактовку божественной субстанции как неподвижной и всесовершенной. Его бог нуждается в человеке, человеческой любви, а центром мирового процесса является трагическая судьба человека, определенная столь же трагической божественной судьбой. Этапы

мировой истории - это этапы божественной трагедии, отраженные в земной действительности, или, иначе, этапы трагедии отношений между

богом и человеком. Для христианского сознания мир сотворен потому, что был бог-сын. Сотворение мира богом-отцом и есть момент глубочайшей тайны отношений между богом-отцом и богом-сыном.

Преодоление конфликта между необходимостью и свободой возможно только в божьей благодати, с которой и связана тайна христианства. Именно в благодати реализуются отношения между человеком и богом. Во всемирной истории поэтому действуют не только человеческая свобода и природная необходимость, но и божья благодать, позволяющая постигнуть смысл истории, раскрыть тайну судьбы человека, ибо как противоположности необходимость и свобода, по Бердяеву, снимаются, преодолеваются в третьем, которым и является благодать. Человеческий опыт, когда он углублен, дает разгадку истории не только человеческой, но и мировой, небесной, в которой, если рассуждать диалектически, бог и человек есть одно и то же, т. е. они становятся тождественными, оставаясь в то же время противоположными. Небесная история - ключ к пониманию и постижению истории мира и человека. Без тайны Христа человеческая история не имеет смысла, как не имеет смысла и существование бога-творца. Сведя божественное бытие к переживанию трагедии,  Бердяев лишил бога всеобщности, неподвижности, всесовершенстаа. Творение мира и человека ставится

84

им в зависимость от сыновьей любви, ради которой и должно было произойти это творение. Не отрицая бога явно, как это сделал, например, Ницше, он пришел к тому же результату, но иным путем - через наполнение божественного бытия человеческим содержанием, творчеством и смыслом.

В "Очерках античного символизма и мифологии" А.Ф. Лосев отмечает, что стремление Бердяева к абсолютному обожению тварной материи (человека) ведет к субстанциальному отождествлению бога и человека, божественного и человеческого разума. Это противоречит христианской идее, утверждающей субстанциальный дуализм бога и тварного мира. Лосев считает, что понимание социально-исторического бытия, начиная с Августина, пронизано католицизмом, в то время как социально-историческое содержание православия до сих пор еще не осознано. Между тем социальное бытие не есть ни прямое отражение чисто божественной сферы (отображение догмата о троице, по Соловьеву), ни материальное, экономическое бытие, оно представляет собой их единство (соединение), которому свойственны собственные закономерности. Если в средневековье личность искала свое утверждение исключительно в вечности, полностью игнорируя земное бытие, в силу чего история оказывалась историей личного спасения, то в новое время она ищет свое утверждение уже исключительно в мирской жизни, в истории как земном бытии. С позиций православия же в личности всегда совмещены два стремления к вечному и земному. Поэтому и в социально-историческом бытии должны быть слиты два процесса самоутверждения личности: в вечности и во времени. Согласно православию историю упорядочивают и движут во времени не религиозные (церковные) и не светские власти, а самоутверждающие, сознательные усилия личности, направленные на овладение мифологическими силами, изначально управляющими историей. Эти силы не хаотичны, не возникают неизвестно откуда и не исчезают внезапно: распознать закономерное появление   их   на   сцене   истории,   увидеть   скрытую   в   них предопределенность - значит проникнуть в тайну истории, которая есть не что иное, как дар мифологии нашему сознанию, т.е. миф. Цель философии истории и состоит поэтому в выявлении закономерностей мифологического бытия, имеющего трансцендентное начало. История, ее этапы, чреда побед и поражений во многом зависят также и от людей, Но лишь тогда, когда они сознательно овладели мифологическими силами. Однако окончательный исход истории всегда предопределен: конец мифологии и будет концом истории вообще.

85

С середины XIX в. в России формируется так называемое космическое направление философской мысли, двумя ветвями которого становятся христианский космизм и глобальный эволюционизм. Христианский космизм с его идеалом "обожения" предполагает трансцендирование, превозможение человеком и человечеством его наличной физической и духовной природы и стяжание высшего, бессмертного, преображенного божественного бытия. Он связан с христианской антропологией, выраженной в учении о божественных энергиях византийского богослова и церковного деятеля г. Паламы (X1V в.). Согласно Паламе, бог, будучи по своей сущности непостижимой, непреодолимой, трансцендентной реальностью, нисходит в мир для спасения человека, который, неся в себе образ и подобие божие, может в особом акте "выхода из себя", вознесения над собственной тварной природой увидеть "нетварный свет", или бога. Иначе говоря, он способен физически предвосхитить то, что должно стать по благодати природой самого человека. Эту же мысль выражает и афоризм, принадлежащий богослову и мыслителю IV в. Василию Великому: "Человек есть тварь, получившая повеление стать богом".