Философия как уникальный феномен культуры, страница 3


софов Анаксагор (500-428 до н. э.). Трагический и страшный поступок Демокрита, ослепившего самого себя, был вызван, по свидетельству современников, ничем не устрашимой жаж­дой истины, безудержным стремлением мыслью проникнуть во всю беспредельность бытия, желанием отстраниться от внешнего проявления действительности, чтобы постигнуть ее тайны через полное погружение в умозрительный, умопости­гаемый мир- Через много столетий Гегель отстаивает тот же подход, определяя философию как «область чистого мышле­ния» как «мыслящее рассмотрение предметов», как «постиже­ние эпохи в понятии».

Сформулированное понятие не остается чем-то раз и на­всегда данным, косным, застывшим. Ищущая философская мысль тысячекратно возвращается к нему, выверяя его грани­цы, содержание, смысл и значение, а также все возможные взаимосвязи с другими понятиями. Скрупулезно скомпонован­ная, многократно переосмыленная и постоянно уточняемая система философских категорий позволяет приблизиться к адекватному осмыслению и вербально точному описанию всей многосложности бытия.

Философское теоретическое познание дает человеку отра­женное в специально разработанных понятиях и категориях глубокое и целостное представление о мире, о его всеобщих закономерностях и взаимосвязях.

Добывая крупицы такого знания, философ как личность как бы отстраняется, уходит на задний план. Долгим эхом зву­чат в истории слова Гераклита (ок. 544 - ок. 483 до н. э.), выражающие отношение личности философа к познанию и призывающего «Не мне, но Логосу5 внимая...».

Для философа главное - само знание и его прирост, раз­витие, движение ко все более полной истине. Это движение

Логос (греч. 1о§о5 - слово, мысль, разум, закон) - термин, первоначально обозначавший всеобщий закон, основу мира, его порядок и гармонию. Это одно из основных понятий древнегреческой философии. Логосу присущи такие признаки как вечность, всеобщность и необходимость. В истории фи­лософской мысли термин «логос» употреблялся и употребляется и в других значениях: как синоним Бога (неоплатоники, схоласты, Эриугена (ок. 810-ок. 877), как абсолютное понятие, лежащее в основе всего (Гегель).

27


предполагает огромные и специальные интеллектуальные усилия, зачастую, жертвенное служение, отказ от многого. Как считал А. Шопенгауэр (1788-1860), «нельзя одновременно служить миру и истине». Трагические судьбы многих выдаю­щихся философов, в которых платой за истину была жизнь, только подтверждают этот вывод.

Но здесь самое существенное заключается в том, что еще в седой древности было осознано не только принципиальное различие между «философствованием» и философией, но и указано на ее главный признак. Философия это то, что пости­гается интеллигибельно (лат. шТеШ^ЬШз - рассудочный), то, что постигается только разумом, глубоким специальным раз­мышлением или интеллектуальной интуицией и недоступно чувственному познанию, не может быть схвачено им.

Только поднимаясь до такого выражения собственного со­держания, философия, улавливая сущность разных по типу миров (внешних и внутренних), осуществляет уникальный синтез главного в каждом из них.

Гениально уловив это предназначение и способность фи­лософии вычленять в многообразнейшем потоке жизни и ос­мысляющего мышления главное, основополагающее, сущнос-тное, античные мыслители, а вслед за ними и массовое созна­ние, не случайно наделили философию целым рядом ярких эмоциональных определений: «наука наук», «царица наук», «путеводительница жизни», «соль всякого сознания», «смысл разума», «культура ума», «вечное знание» и многими другими.

Однако, оставим в стороне эмоциональную сторону дела. Для нас самым существенным является другое, а именно, тот факт, что философия сформировалась в человеческой культу­ре, как знание всеобщего уровня анализа бытия во всех фор­мах его проявления. Самоценность, самобытность философии - в самой постановке и характере вопросов, которые она зада­ет, поднимает, формулирует.

Отмеченное классическое понимание философии прошло через века и было по сути своей общим для Сократа и Платона, Зенона и Аристотеля, П. Абеляра и Н. Кузанского, Ф. Бекона, Р. Декарта, Г. Лейбница и Т. Гоббса, И. Канта и Гегеля, К. Мар­кса и М. Хайдеггера и других ярких мыслителей различных

28