Основной танк "Меркава" (Боевое применение. ТТХ танков Меркава)

Страницы работы

Содержание работы

"Меркава"

М.Никольский

(Техника и Вооружение № 1 за 2000 год)

Материал обработал Albert

"Меркава" Mk.1

"Меркава" Mk.2

"Меркава" Mk.3

Боевое применение

ТТХ танков Меркава

К концу шестидесятых годов танки АМХ-13, модернизированные “Шерманы” и “Центурионы” уже перестали отвечать требованиям, предъявлявшимся к бронированным машинам израильскими военными. В то время в Европе танкостроители и военные разделились на два лагеря: немцы и французы отдавали предпочтение стратегической подвижности перед бронезащитой и огневой мощью, в то время как англичане ставили на первое место защищенность и огневую мощь. Отражением взглядов конструкторов стали танки “Леопард-1”,АМХ-30 и “Чифтен”. Последний коллеги англичан по другую сторону Ла-Манша раскритиковали в пух и прах, упирая на его относительно невысокую подвижность. Однако именно “Чифтеном” заинтересовались израильтяне, которые также, как и англичане считали, что тактическая подвижность танка на поле боя гораздо важнее стратегической. А подвижность тактическая, в свою очередь, определяется возможностью машины передвигаться под огнем противотанковых средств, то есть, - толщиной ее брони.

В 1966 г. два “Чифтена” были доставлены в Израиль, где прошли тщательные испытания, которые окончились уже после шестидневной войны 1967 г. Опыт боевых действий лишний раз подтвердил правильность выбора “Чифтена”, а не АМХ-30, или “Леопарда-1”. Так, более медленные, но хорошо бронированные “Центурионы” оказались на поле боя куда мобильнее легких и маневренных, но слабо защищенных АМХ-13. Израиль принял решение закупить танки “Чифтен”. Условия контракта уже были практически согласованы, когда в 1969 г. правительство Великобритании наложило вето на поставку военной техники в Израиль. После 1967 г. в открытую поставляли оружие в эту страну только США. Израиль, наряду с ЮАР, стал государством-изгоем.

Руководство страны считало зависимость от поставок оружия только из одной страны крайне уязвимой. На рубеже 1969-70 гг. было принято решение разрабатывать танк собственными силами. Решение крайне непростое, поскольку в Израиле вообще не было танкостроительной промышленности. Существующие заводы выполняли лишь восстановительный ремонт бронетехники, а конструкторы имели лишь весьма ограниченный опыт модернизации танков “Шерман”, “Центурион” и М48, причем большинство подобных проектов разрабатывалось совместно с иностранными специалистами. Ряд высокопоставленных лиц считал, что программа разработки и строительства собственных основных боевых танков Израилю просто не по карману.

Полномасштабное проектирование началось в августе 1970 г. после окончания экономико-технологических исследований принципиальной возможности создания израильского танка. Показательно, что в отличие от всех других стран мира, в Израиле разработка танка велась под эгидой министерства финансов, а одним из решающих факторов, повлиявших на решение начать проектирование, стал американский кредит на сумму в 120 млн. долл. Официальная мотивация программы была следующей: только танк отечественной конструкции будет наилучшим образом соответствовать израильской доктрине применения бронетехники, страна будет в меньшей степени зависеть от иностранных поставок оружия и, наконец, экономические резоны - производство собственных танков потребует меньших финансовых затрат, чем закупка боевых машин за рубежом.

Все работы по проектированию возглавил генерал-майор Израиль Тал, что тоже необычно для мировой практики танкостроения. Тал был не инженер, а боевой офицер, участник всех арабо-израильских войн. Во время шестидневной войны он командовал одной из трех бронетанковых колонн, сокрушивших египтян на Синае, а в конце 60-х годов занял пост командующего бронетанковыми войсками армии обороны Израиля. Под руководством Тала группа офицеров-танкистов тщательно изучила опыт последней войны, в особенности статистику распределения попаданий снарядов в танки. Этот анализ показал, что наибольшее число попаданий приходится на лобовую часть башни, следовательно, лобовую проекцию башни перспективного танка необходимо было свести к минимуму, “утопив” ее в корпус. Танк должен иметь возможно более высокий уровень защиты, даже в ущерб подвижности. В то же время добиться одинакового уровня защиты всех основных компонентов танка невозможно. Ограниченные людские ресурсы страны диктовали необходимость максимальной защиты членов экипажа: пусть танк будет полностью выведен из строя, но экипаж должен уцелеть. Статистика показывала, что в случае детонации боезапаса экипаж, как правило, гибнет полностью. Значит, в максимальной степени броней должны быть прикрыты члены экипажа и боекомплект. Дополнительную защиту можно обеспечить, разместив моторно-трансмисси-онное отделение в передней части корпуса, кроме того, при такой компоновке экипаж получает возможность покинуть поврежденную машину через люк в наименее уязвимой для фронтального обстрела кормовой части корпуса.

Похожие материалы

Информация о работе