Смех и смеховая форма в жизни дошкольников, страница 3

Наконец, я полагаю, что смеховая форма в представленном здесь виде есть та основа, на которой взрастает у человека с возрастом чувство юмора.

Остается добавить, что исследование смешного в психологии представлено разрозненными точками зрения и нуждается, прежде всего, в тщательной постановке вопроса.

ЛИТЕРАТУРА

1.  Бахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. М., 1990.

2.  Бергсон А. Смех / сб. Психология эмоций. Тексты. МГУ. 1984.

3.  Выготский Л.С. Психология искусства. М., 1986.

4.  Дьяченко О.М., Веракса Н.Е. Элементы «карнавальной культуры» в развитии ребенка-дошкольника / Вопросы психологии. 1994. №4.

5.  Лихачев Д.С. Смех в Древней Руси. Л., 1984.

6.  Лук А.П. О чувстве юмора и остроумии. М., 1968.

7.  Розов А.И. Переживание комического в свете некоторых более общих закономерностей психической деятельности / Вопросы психологии. 1979. №2.

8.  Фрейд 3. Остроумие и его отношение к бессознательному / «Я» и «Оно». Тбилиси, 1991.

9.  Чуковский К.И. Лепые нелепицы /В кн. От двух до пяти. М., 1960.

ЧАСТЬ 2. СМЕХОВАЯ ФОРМА КАК ВОЗМОЖНЫЙ КРИТЕРИЙ ВОЗРАСТНОЙ ДИНАМИКИ

Задача этой работы — проблематизировать возможность использования смешного в качестве критерия развития психики, а также наметить пути дальнейшего движения в исследовании этой области.

В русле намеченного Л.С. Выготским понимания искусства как противоречивого единства материала и содержащей его формы [б], мы представляем себе и смешное как особое устройство (форму) некоторого материала, которое при восприятии человеком порождает смех («эстетическую реакцию»). Так возникает понятие смеховой формы. В чем же состоит «особость» смешного в его отличии от других художественных форм — это вопрос будущего, хотя некоторые соображения по этому поводу уже есть (см.: [22], а также приложение к настоящей работе, которое призвано продемонстрировать наше понимание смешного как смеховой формы).

Смех, смешное, комическое занимает значительное место в жизни человека. Остается только удивляться, как психологическая наука смогла обойти стороной этот важнейший аспект как взрослой, так и детской жизни. Стоит задуматься; чем обусловлено это игнорирование. На мой взгляд, главная причина кроется в том, что смех — явление сугубо человеческое, ибо нигде, кроме как в смехе, не представлено так ярко единство интеллекта и аффекта, разумного и животного начал, то есть смех и смешное по природе своей суть явления личностные, личностные настолько, что психология прошлого с ее позитивистскими ориентациями была не в состоянии подступиться к их исследованию. Она их попросту не замечала: уж слишком «серьезной» была эта наука, чтобы поступиться народной мудростью «делу время, потехе час» (здесь я говорю про «психологию вообще», а не только про отечественную психологию, которой в силу известных причин очень долго было, что называется, не до смеха). Поэтому смешное изучалось исключительно в русле философии, а также искусствоведческих и культурологических наук — разумеется, в соответствующей предметности.

Ситуация в современной психологии и прогрессивной педагогике принципиально иная. Явно обозначилась тенденция к гуманизации образования. Парадигма тоталитарного («добровольно-принудительного») образования, в которой дети выступали объектом воздействия педагога, который, в свою очередь, являлся марионеткой в руках государственной машины, которая и была субъектом образовательного процесса, медленно, но верно уступает позиции парадигме образования полисубъектного. Именно здесь возникает востребованность знаний о возрасте, об интересе и его развитии, об отношениях «ребенок-взрослый» и «ребенок-ребенок», вообще о так называемой эмоционально-личностной сфере детей. Здесь и появляется социальный заказ на исследование смеха. Так, Ш.А. Амонашвили (1] пишет о том, что хотел бы встретить научные работы, посвященные психологии шалунов (то, что шалость, баловство неразрывно связаны со смеховой формой, думаю, бесспорно). О.М. Дьяченко и Н.Е. Веракса полагают, что «со смеховой формой связаны такие малоизученные явления детской жизни, как смех, насмешка, кривляния, прозвища, дразнение и т.д.» [9, с. 86]. К.Н. Поливанова и Г.А. Цукерман [14] считают, что смех можно использовать как хорошее пропедевтическое средство при освоении детьми норм школьной жизни. В.В. Давыдов и В.Т. Кудрявцев, намечая «Программу развивающего обучения в дошкольном возрасте», отмечают, что занятия по этой Программе «протекают в эмоционально окрашенной атмосфере праздника... (по типу карнавала)» [7, с. 17]. Какой же праздник без смеха?! После выхода в свет работы М.М. Бахтина о Франсуа Рабле и культуре ренессанса [2] представить себе такое просто невозможно.