О стиле ведения полемики г-ном Суровцевым В.А.

Страницы работы

6 страниц (Word-файл)

Фрагмент текста работы

ЕВГЕНИЙ ЛЕДНИКОВ

О стиле ведения полемики гном Суровцевым В. А.

В 2000 году в журнале «Вопросы философии» №7 мною была опубликова на рецензия на перевод книги Б. Рассела «Философия логического атомиз ма», сделанный неким Суровцевым В. А. и изданный в 1999 году томским из дательством «Водолей». Я посчитал перевод неудачным, видя причину это го в низкой логической культуре переводчика. Б.Рассел является таким фи лософом, у которого философские и логические идеи крайне тесно связаны друг с другом. Поэтому человеку, берущемуся за перевод Рассела, просто не обходимо знание современной символической логики, в том числе терми нологии, используемой в российской логикофилософской литературе. Она складывалась и уточнялась в процессе переводов классических зарубежных трудов по логике, осуществлявшихся нашими старшими коллегами в 40х и 50х годах минувшего столетия. Не обладая таким знанием, Суровцев либо переводил «наугад», либо давал волю своей фантазии, что в любом случае приводило к серьезному искажению им расселовских мыслей. Смысл моей рецензии сводился к тому, что нельзя судить о предмете, не обладая соответ ствующей квалификацией, и мне трудно было себе представить, что Суров цев решится оспаривать столь очевидный тезис. Но оспаривает он его, на рушая каноны честной полемики, переиначивая мои высказывания и сочи няя аргументы в свою пользу. При этом Суровцев не брезгует и откровенной ложью. Речь идет о содержании его «реплики» (правда, в два раза превыша ющей по объему мою рецензию), опубликованной в журнале «Вопросы фи лософии» за 2001 год, №12. Увы, я только недавно ознакомился с ней, поче му мой ответ может показаться несколько запоздалым. И все же я хочу убе дить читателя в том, что он необходим.

Обратимся к фактам. Я указал в рецензии, что английское существитель ное proposition принято переводить на русский язык как суждение со времен публикации фундаментальной работы А. Черча «Введение в математическую логику»[1]. С ее изучения начиналось проникновение в тонкости логики для нескольких поколений отечественных логиковматематиков и логиковфило софов. Казалось бы, о чем тут спорить? Беда Суровцева в том, что в период работы над переводом Рассела он о существовании книги А. Черча, повиди мому, и не подозревал, отчего, не мудрствуя лукаво, делал кальку с английско го, вводя в русский язык существительное пропозиция. В результате в тексте перевода мы сталкиваемся с такими неудобоваримыми выражениями, как об щие пропозиции (с. 3), логическая пропозиция (с. 25), ложная положительная про позиция (с. 39), которые читатель книги Суровцева просто не поймет. А меж ду тем данные фразы означают всего лишь общее суждение, логически истинное суждение, ложное утвердительное суждение, известные каждому, кто прослушал хотя бы общеобразовательный курс логики на одном из гуманитарных фа культетов российских университетов. К тому же Суровцев сам себе противо речит, когда на с. 187 наконецто переводит proposition как суждение.

Но соглашаться с моей критикой ему не хочется. И вот Суровцев более чем на машинописную страницу нагромождает в «реплике», с позволения сказать, «аргументацию», согласно которой proposition следует переводить как… пропози цию. Пусть читатель сам оценит «оригинальность» подобного решения. Я же хочу обратить внимание на другое обстоятельство — почему Суровцев полеми зирует со мной, а не с переводчиком и редактором книги А. Черча? Кстати, по следним был известный специалист в области математической логики, про фессор кафедры математической логики МГУ Успенский В. А., квалификацию которого (в отличие от квалификации Суровцева) вряд ли кто осмелится по ставить под сомнение. И если бы Суровцев внимательно прочитал с. 32 учеб ника А. Черча, то он нашел бы там ответы на все вопросы, касающиеся пере вода на русский язык английского термина proposition. В частности, он бы узнал о том, как в англоязычной логикофилософской литературе слово judgement, ис пользовавшееся ранее для обозначения суждения в аристотелевском смысле, по степенно вытеснялось словом proposition, обозначающим более широкое понима ние суждения. Но, как говорится, Суровцев — не читатель, он писатель…

В поддержку своей точки зрения Суровцев ссылается на почти 600стра ничную переводную монографию, вышедшую в 1986 году, в которой слово proposition, как он утверждает, якобы тоже переводилось как пропозиция. Но при этом не указывает страниц, на которых встречается подобный пере вод! Нечего сказать, интересная форма аргументации! Мне подобные места в данной книге отыскать не удалось, поэтому называть ее не буду. Кроме то го, значительная ее часть переводилась тогдашними аспирантами, которые вполне могли допустить отдельные неточности при переводе — на то они и аспиранты. Неужели, гн Суровцев, этично прибегать к подобным аргу ментам? Неужели

Похожие материалы

Информация о работе