Actio-litis contestatio-res iudicata-jus: Современный контекст, страница 2

--------------------------------

<7> Этой проблеме специально был посвящен доклад автора на международной конференции в октябре 2010 г. (Сахнова Т.В. Континентальный процесс: основное противоречие в контексте современных тенденций // Защита прав в России и других стран Совета Европы: современное состояние и проблемы гармонизации: Международная научно-практическая конференция, 14 - 17 октября, г. Сочи).

Методология решения одних и тех же задач и проблем в национальных процессах разных традиций не только различна, но взаимоисключающа. "Три кита" цивилистического процесса, выражаемые римской формулой: actio-litis contestatio-res iudicata-jus, - имеют принципиально различные воплощения в современных национальных процессах.

Один из наиболее ярких примеров - проблема взаимодействия процедур защиты - судебных и несудебных, государственных и негосударственных. В той традиции, в которой акцентируется частноправовое начало в соотношении res iudicata-jus, вопрос о взаимодействии таких процедур рассматривается как вполне решаемый. Это наглядно демонстрирует итальянская модель взаимодействия третейских процедур рассмотрения дела и судебных обеспечительных процедур (арбитражная реформа 2005 - 2006 гг. <8>). Чрезвычайно интересный и, на наш взгляд, очень перспективный опыт взаимодействия судебной формы защиты и несудебных способов урегулирования спора (медиации) выработан французской законодательной практикой. В особенности выделим делегированные судебные примирительные процедуры, различая при этом conciliateur de justice в несудебной примирительной процедуре и conciliateur de justice в собственно делегированной судебной процедуре. Последняя характеризуется не только контролем со стороны судьи, но и возможностью трансформации делегированной процедуры в процедуру судебного примирения. Возможна и иная логика развития: защита права, начавшаяся в суде, может окончиться несудебной процедурой урегулирования спора, в том числе по инициативе судьи. Заметим, судебную примирительную процедуру судья не только вправе инициировать, но в некоторых случаях - обязан <9>. Иное дело в институциональном процессе: акцентирование публично-правового метода в соотношении res iudicata-jus приводит к стремлению максимально размежевать судебные и несудебные процедуры. Их юридическое взаимодействие становится невозможным. Для сравнения: по российскому законодательству возможно лишь окончание урегулирования начавшегося в суде спора несудебным порядком, но исключительно по волеизъявлению сторон; никакой инициативы суд в применении судебных - а тем более несудебных - примирительных процедур не имеет (передача спора после возбуждения гражданского дела на разрешение третейского суда - ст. 5 ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации", п. 2 ч. 1 ст. 135 АПК РФ, п. 5 ч. 1 ст. 150 ГПК РФ; обращение к посреднику - п. 2 ч. 1 ст. 135 АПК РФ). Точно так же немецко-австрийская модель процесса основные усилия в ходе реформ направляет на разделение, разграничение судебных и несудебных процедур, что полагаем бесперспективным.

--------------------------------

<8> См. об этом: Claudio Consolo. D'aucunes comlexites inutiles de l'arbitr (surtout italien) au debut du noveau sicle - dans l'attente de Pinevitable harmonization UE (pour colloque entre la Cour de cassation francaise et la Cour delegation de la cassation italienne, Paris, Palais de Justice, le 8 Janvier 2005) // ZZPInt. 2004. Hft 9.

<9> Подробнее о процедурах см.: Lorn Cadiet. Conciliation in France: a cross between tradition and modernity // The recent tendencies...; Сахнова Т.В. Судебные процедуры (о будущем цивилистического процесса) // Арбитражный и гражданский процесс. 2009. N 2, 3.

Итак, внутренняя гармонизация цивилистического процесса остается делом национальным. Онтологическое обеспечение горизонтальной гармонизации цивилистического процесса - terra incognita для современной доктрины. На наш взгляд, это объяснимо концептуальными различиями в построении того или иного типа национального процесса, обусловленными исторической генетикой его развития.

Романская традиция - процедурный тип процесса, немецко-австрийская традиция - институциональный тип процесса. Одной из фундаментальных аксиом цивилистического процесса, выработанной исторически, является постулат о том, что "без интереса нет процесса". Однако трансформация данной формулы и ее содержательное наполнение существенно различаются - в зависимости от типа процесса, концепции законодателя. И эти различия в ходе реформ XXI в. не только не сгладились, но углубились.

Можно ли найти в такой ситуации общий - методологический - знаменатель в деле гармонизации процесса? Думаем, стоит попытаться. Во всяком случае, исследования в этом направлении могут помочь определиться с современным соотношением частного и публичного в методах защиты, а именно это имеет, по нашему мнению, принципиальное значение для будущего развития цивилистического процесса, его внутренне согласованного единства.

Для современных доктрины и законодателя обычно понимание категории "интерес" в его предметном и/или объектном значении - на этом строится определение заинтересованных лиц в деле и признаков сторон; в свою очередь, такой подход имеет корни в материально-правовой теории иска <10>. "Интерес" здесь имеет бесспорное частноправовое выражение. Но и такое, традиционное, понимание не является общепринятым в современном процессе. К примеру, в институциональном процессе "интерес" как частноправовая категория зачастую соотносится с негосударственными процедурами урегулирования спора, в частности с медиацией. Судебный же процесс ассоциируется с публично-правовыми целями и задачами - такими, как обеспечение правовой безопасности, защита правопорядка <11>. Категория "интерес" становится "водоразделом" между государственной и негосударственной юрисдикцией, иными негосударственными способами обеспечения надлежащего осуществления субъективного права. А в современных реалиях усиления следственных начал в институциональном процессе (реформы ZPO Германии 2001 г., ZPO Австрии 2002 г.) частноправовой "интерес" во многом утрачивает системообразующее значение для судебного процесса.