Безличный и а-субстанциальный характер сверхсущего в буддийском умозрении

Страницы работы

Содержание работы

Е.Н.Аникеева.

БЕЗЛИЧНЫЙ И А-СУБСТАНЦИАЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР СВЕРХСУЩЕГО В БУДДИЙСКОМ УМОЗРЕНИИ.

«Мало того, что буддизм не знает Бога, самая идея

верховного существа… кажется буддизму странной, нелепой».

Ф.И.Щербатской.

В основе всех традиционных индийских религий, включая буддизм, лежит парадигма о законе трансмиграции и освобождении от нее: принцип кармы – сансары – нирваны (или мокши). Прежде чем исследовать характер нирваны, - субстанциальный ли, личностный ли он и т.д., - можно поставить вопрос о том, является ли личностью сам субъект трансмиграции. Тот, кто достигает нирваны - этого “сотериологического” идеала, или субъект  перевоплощения и освобождения, не может представлять собой личности в ипостасном значении этого понятия, ибо человек не может не потерять свое «лицо» в результате этой сансарной трансмиграции, побывав то лошадью, то мышью, то деревом, то демоном, то богом, а то и до «начальника добравшись». Утратив свое личностное бытие в колесе сансары, должен ли субъект освобождения окончательно лишиться всякой индивидуальности в нирване ?

Несомненно, что духовно-нравственное качество – абсолютное Добро, Благость, Любовь – важный признак личностного бытия. Но буддистская нирвана совершенно несовместима с этим признаком. Главное же в определении личностного бытия - ипостасность, или субстанциальность. Исследование мокши и нирваны на данный предмет закономерно приведет к постановке вопроса о Высшем Боге в индийских религиях. Последний же, как минимум, является субстанцией, но характер этой субстанции может быть разным: безличное божество или личный, ипостасный Бог. Иными словами, доктрина личного Бога всегда выражает Его как субстанцию, но не наоборот (не всякая Божественная субстанция есть ипостасное бытие). Следовательно, если сверхсущее в той или иной религии не является субстанцией, то тем более оно не может быть ни при каких условиях Ипостасью.

При рассмотрении буддийской (и джайнской) нирваны вопрос о Высшем Боге-субстанции снимается; более того, буддизм – доктрина принципиально а-субстанциальная (хотя в махаянистской ветви буддизма имеется тенденция к превращению Будды в Бога-субстанцию, но этот вопрос требует отдельного рассмотрения). И в джайнизме концепция освобождения не имеет признаков субстанции. Как буддисты, так и джайны, попросту говоря, отрицают Единого Бога; также обе эти религии прославились своими антитеистическими аргументами. [1]

Вопрос о субстанциальности в буддизме влечет за собой много интересных последствий. Поэтому целесообразно остановиться на этом подробнее. Буддизм - своеобразная религия, ибо он отрицает, казалось бы, неотъемлемые от любого религиозного мировоззрения идеи Бога и души. Указанием на этот парадокс начинал свою лекцию в Петербурге на буддийской выставке в 1919 г. Ф.И.Щербатской: «И вот, однако, существует религия, которая горит в сердцах миллионов своих последователей,… и эта религия тем не менее не знает ни Бога, ни бессмертия души, ни свободы.» [2]. Но все же в буддизме признается  наличие высшего сверхъестественного и освобожденного состояния – нирваны – и наличие противоположного ей низшего, зависимого состояния – сансары. Значит, в буддизме существует своеобразный сотериологический идеал (этот идеал скорее следует назвать идеалом не спасения, а освобождения), и можно поэтому согласиться с В.Г.Лысенко, утверждающей: «Отказавшись от личности как от гносеологического и онтологического субъекта, атмана, буддизм произвел переворот в индийской сотериологической теории.»[3] В этой связи правомернее все же называть буддизм религией, а не «атеистической доктриной», как делают это некоторые.

Итак, высший идеал – нирвана – трактуется в буддизме более негативно, чем в индуизме и даже в джайнизме, но эту негативность нужно понимать не в плане сотериологическом, а скорее, - в гносеологическом. Проблема соотношения сансары и нирваны была главной и наиболее острой для буддийского мышления, и в процессе решения этой проблемы даже произошло разделение философских школ буддизма: вайбхашики, саутрантики, мадхьямаки и йогачары. «Загвоздка» состоит в том, как  с помощью философского языка выразить понятие нирваны, и что ему будет больше соответствовать: категория бытия или небытия ?

Этимологически и концептуально «нирвана» есть прекращение плетения паутины желаний, затухание пламени страстей, соединяющих одну жизнь с другой. Как ее определить ? Бытие это или небытие ? Понятие сансары также антиномично: в ее рамках жизнь равносильна смерти, а смерть, - прежде всего, смерть личного «Я» - приводит к «жизни» в нирване. Различия же между буддискими философскими школами в понимании соотношения сансары и нирваны были указаны еще Ф.И.Щербатским, и эти различия выглядят следующим образом. Вайбхашики признают реальность как сансары, так и нирваны; саутрантики, соглашаясь с реальностью сансары, отрицают реальность нирваны. Йогачары же и мадхьямаки отрицают реальность сансары, только первые из них признают нирвану реальной, а вторые – и ее мыслят нереальной. Если попробовать применить общепринятые европейские понятия «бытие», «небытие», «реальность», «нереальность» к анализу типологии буддистских философских школ, то это приведет к интересным результатам.

А). В школе вайбхашика, или сарвасти-вада (что в переводе означает «признание существования всех» дхарм реальными), утверждается реальность всех сансарных дхарм, то есть дхарм во всех трех временах – прошлом, настоящем, будущем. Философию вайбхашиков отличает реалистическая тенденция: дхарма «общность» реальна, подобно реальности дхарм во всех временах. Нирвану они понимали как «вечную смерть», абсолютно безжизненное состояние некоего субстрата, в котором угасают все вспышки и волнения энергии - дхарм. Сансару и нирвану вайбхашикики полагали в равной степени реальными, хотя не вызывает сомнений, что в сотериологическом аспекте они противоположны. Если сансара может здесь коррелирорвать с понятием «бытие», то нирвана – с понятием «сверхбытие», однако это «сверхбытие» есть «вечная смерть»: опять обнаруживается парадоксальность применения к буддийской метафизике устоявшихся терминов западной онтологии. Однако в силу признания дхарм сансары и нирваны реальными вайбхашика – единственная из буддийских школ, которая «отклоняется» от других в сторону субстанциональности, за что и подвергается критике со стороны последних.

Похожие материалы

Информация о работе